Маня и money

Иногда в 1970-80-е гг. от бесплодных усилий противостоять проникновению западной популярной музыки в СССР у правящей верхушки совсем опускались руки. Им оставалось только с сожалением наблюдать за тем, как, вопреки запретам, песни ABBA, а то и что-нибудь похлеще (какой-нибудь совсем уж неприличный Dschinghis Khan), звучали из каждого окна. Тогда Софья Васильевна (так диссиденты называли Советскую власть) действовала по правилу "не можешь предотвратить - возглавь", и делала вид, что ничего не имеет против поползновений своих подданных в англоязычную сторону. В качестве яркого примера можно привести появление на государственном телевидении пародии на песню группы ABBA в исполнении Владимира Винокура.

Эту суперпопулярную песню - Money, money, money - можно было услышать даже на дискотеках в пионерлагерях, этих последних цитаделях большевизма. Правда, дискотеками вечерние танцы, организовывавшиеся для подростков и молодежи, тогда не назывались. Для обозначения таких мероприятий использовалось совершенно инфернальное слово "массовки", сохранившееся, наверно, еще со времен пролеткульта. Тем не менее, вдоволь наиздевавшись над пионерами в попытках заставить их плясать под "русские народные песни" (за которые упорно пытались выдать, например, стихотворение Н.А. Некрасова "Коробейники"), массовики-затейники (еще одно адское слово из большевистского лексикона) снисходили до того, чтобы включить под конец "танцулек" что-нибудь удобоворимое, из западного репертуара. И Money, money, money использовалась в качестве такой отдушины очень часто. Оно и понятно: с некоторой натяжкой в тексте этой песни можно уловить столь желанную "критику буржуазного строя", за которую идеологи марксизма-ленинизма были готовы простить обитателям "прогнившего Запада" любые прегрешения.

Советские иезуиты были недалеки от истины: песня действительно является сатирой, иронией, только высмеивается в ней не "буржуазный строй" вообще, а обычное человеческое жлобство. Не зря отечественные шутники обыгрывали созвучие английского слова money и уничижительного производного от имени Мария Маня. Маньками и Ваньками называли (и, как показали последние события, называют до сих пор) русских, когда хотят подчеркнуть их неприятные "национальные особенности": лень, стремление к халяве и т.п. Думаю, таких немало и среди других народов, так что образ "Мани", выведенный в этой песне, можно считать интернациональным. А поет Маня (голосом Анни-Фрид) о вечном, о женском, о том, как бы поудачнее выйти замуж:

Я работаю день и ночь, Но того, что мне платят Хватает только на оплату счетов. Это нормально вообще? Всё уходит на текущие расходы, Ни пени не остается для души. Вот такая хреновая у меня жизнь. И вот я все думаю: Хорошо было бы охмурить какого-нибудь богатого мужичка, Чтобы совсем не работать, да еще и помыкать им. Как раздобыть побольше денег - вот о чем нужно всегда думать, Если хочешь стать частью мира богатых людей. Деньги - это солнце богатых. А что мне еще остается со своими копейками? Такого мужчинку, о котором я мечтаю, Найти не легко, но других вариантов разбогатеть мне в голову не приходит. А вдруг я найду такого, и даже он окажется, что он не женат - Но мне не понравится. Вот ведь хрень… В общем, я надумала попытать счастья В Лас-Вегасе или Монако И выиграть там много денег. Вот тогда и заживу по-человечески!